среда, 4 марта 2015 г.

ИЕРУСАЛИМ. JERUSALEM

п  о  э  м  а        p  o  e  m

Перевод Наталии Огиенко                    
Translated by Nataliya Ogienko 
                          
Художник Алекс Левин
Artist Alex Levin


Глава 1

Город стоит непроходимой стеной плача, экслибрисом
веры, конечной остановкой исхода. Всё обыденно и
суетно. Толпы людей плывут бумажными корабликами
по проталинам торговых рядов в новые ряды, и так до
бесконечности, до изнеможения света, брошенного
в каменные казематы к патриархам удачи, старикам и
детям, славным погонщикам происходящего, бедуинам,
живущим в пустыне разноголосицы, пёстрого мира
не угасающих событий.
Декорация несуществующей жизни вперемешку с
восточными сладостями оставляет привкус горечи на
губах, предчувствие усталости в лабиринте несбывшихся
ожиданий. Ты пытаешься найти точку опоры, исправить
ошибку ощущений, перевести стрелки часов в направлении
вечности, выйти на просторы свободы духа и ответить
себе на вопрос, зачем ты здесь.


The city is standing like a passless Wailing Wall, like a bookplate
of faith, like a final stop of the outcome. Everything is ordinary
and vain. Crowds of people are sailing like paper boats along
the thaw holes of shopping lines into the new lines, and so till
the infinity, till the exhaustion of light, thrown into the stone
casement to the patriarchs of luck, for the olds and children,
to the nice drovers of what is happening, to the Bedouins, living
in the desert of dissonance, the colorful world of undying events.
Decoration of nonexistent life mixed with eastern sweets leaves
a bitter taste on the lips, a premonition of tiredness in the maze
of unfulfilled expectations. You're trying to find a foothold,
correct a mistake of sensations, remove the clock to the direction
of eternity, go out to the open spaces of the spiritual freedom
and answer the question to yourself, why you are here.



















Глава 2

Чужой город не греет душу, но радует глаз. Ты
доискиваешься библейской правды в очертании улиц,
в рельефе богослужений, музейном воздухе веков в
растерянной походке близоруких облаков, скрывающих
всю правду о Вавилонской башне солнца, которая с минуты
на минуту упадёт, и языки смешает ветер, и принесёт
непонимание народам как наказание за непокорный нрав,
за чужеродную гордыню. Не строят на руинах ветра храм.
И время, как непослушное дитя, похоже, наигралось, домой
торопит в края непрошеных невзгод. Пора – призыв или
отчаянью награда? У притяжения есть свой неповторимый
сон, блуждающая в сердце память, туманное наследие
предчувствий и утрат, оно-то и зовёт тебя в священный
 город, и как тут не понять, что нет разгадки этой тайны,
на то она и тайна на всю оставшуюся жизнь.

Alien city doesn’t warm a soul, but pleases the eye. You are
looking for the Biblical truth in the outline of streets, in the
relief of church services, in the museum air of centuries, in
the confused walking of short-sighted clouds hiding all the
truth about the Babel Tower of the sun, that any moment can
fall down, and languages will be mixed by the wind, and bring
misunderstanding to the people as a punishment for the
disobedient temper, for the alien pride. The temple can’t be
built on the ruins of the wind. And the time, like a naughty
child, it seems, played enough, and hastens home to the lands
of uninvited troubles. It's high time – a call or a reward of
despair? Attraction has its own unique dream, wandering in
the heart memory, foggy heritage of premonitions and
losses, exactly it invites you to the holy city, and how not to
understand that there is no solution to this mystery, that’s
why it’s a mystery for the whole lifetime.
















Глава 3

У прозы жизни продолговатое, изъеденное оспою лицо
сомнений, она нехотя переворачивает страницы ветхих
эпох, покусывает ногти истории, чтобы не впивались
длинными руками ветров в чёрные зрачки присутственных
ночей. Город спит. Не верю. Ни ему, ни горожанам некуда
деться. Они стоят напротив друг друга, как на поле битвы.
Прерывистое дыхание наполняет воздух конницами
ожидания. Неужто всё начнётся без Голиафа и Давида?
Обязательно начнётся. Кто-то выкрикнул из толпы: «В
пустыне снова горит и не сгорает терновник!», и человек
по имени Моисей вдруг произнёс: «Пойду-ка посмотрю
на это чудо».

Prose of life has a long, eaten by a smallpox face of doubts, it
unwillingly turns the pages of shabby eras, biting nailsof history,
not allowing them to stick with their long arms of winds into
black pupils of the present nights. The city is sleeping. I don’t
believe. Neither it nor the citizens have anywhere to go. They
are standing opposite each other, as in the battlefield. Inter-
rupted breath is filling the air with cavalries of expectation. Will
everything really start without Goliath and David? For sure it
will start. Someone shouted from the crowd: "In the desert again
blackthorn is burning and can’t burn down!", and a man named
Moses suddenly said: "I'll go to take a look at this miracle."

















Глава 4

Настроиться на тишину, на диалог молчанья с небом, забыть
себя, движеньем неприметных губ вплести желания души,
связующие нити слов, и обрести благословенное дыханье,
и на незримой высоте увидеть свет, пока полуденное солнце
не развенчало свежесть утра и дней насущных суета под
взглядом пристальным забот не унесла в потоке дел щемящее
начало веры. За возвращением стоит пора, вторая половина
жизни минут, часов неукротимых, когда увиденное обретает
власть и не даёт твоим шагам уснуть, и ты идёшь по древним
мостовым, как соглядатай, не озираясь, не вспоминая о Египте,
чтоб дух Иосифа случайно не спугнуть.

To set your heart on the quietness, on the dialogue between
the silence and the sky, to forget yourself, by the movement
of unnoticeable lips to weave desires of the soul, connective
threads of words, and to acquire the blessed breath, and on
the invisible height to see the light, until the midday sun
doesn’t uncrown the freshness of morning and the vanity of
needful days under the watchful eye of cares doesn’t take
away in the flow of deals a painful beginning of faith. Behind
the return there is a time, the second half of life minutes, of
indomitable hours, when what has been seen gains a power
and doesn’t give your steps to sleep, and you go along the
ancient streets, as a spy, not looking around, not  thinking of
Egypt, in order not to frighten the spirit of Joseph by chance.

















Глава 5

На самом деле всё не так. И нет того в помине, что
видишь наяву. А видишь ты, что Б-г послал. Неужто всё
обман, иллюзия, предтеча будущих событий, и неба
бдительный экран на всю оставшуюся жизнь? Но муравья
ты этим в пропасть не загонишь, а если и загонишь, он всё
равно не упадёт. Так кто здесь муравей? Похоже, что душа.
Нелепая история. Возможно, но правда не терпит
равноправия. Сокрытое оставил Он себе и посвящённым
дал немного корма. Так где ж они, провидцы, праведники,
мудрецы, пророки наконец? Средь нас, в толпе, незримые
и ростом чуть выше ангелов. Да ты всмотрись. Куда?
Конечно же в себя, ведь больше некуда смотреть.

In fact, it is not so. And there is no trace of what you see in
reality. And do you see what God has sent. Is everything
really a lie, illusion, a forerunner of future events, and a
vigilant screen of the sky for the rest of  life? But you can’t
bring an ant into the abyss in such a way, and even if you
bring, it won’t fall down. But who is here an ant? It seems
the soul is. A Ridiculous story. Perhaps, but the truth doesn’t
tolerate equality. He left the concealed one for himself and
gave a little food for the Devoted ones. So where are they,
seers, saints, sages, prophets, finally? Among us, in the crowd,
invisible and with growth slightly above the angels. Just look
attentively. Where to? Of course, into yourself, because there
is nowhere else to look.















Глава 6

Полузабытая, нетронутая жизнь с гранатовыми косточками
дней и кожурою вечеров, подсвеченных усталыми
кварталами рассветов, спешащих в синагоги и мечети
по разным улицам сознания вдоль островов, святынь
прощёных христианских. Не замечать друг друга, жить в
мире обособленных идей и придавать им силу духа – не
привилегия, а право, корнями уходящее за горизонт истории,
у каждого своей, с одним лишь «но».
Теперь ты здесь, на Храмовой горе, ты приобщён, твой путь
очерчен свободой выбора, которой нет и быть не может, и
слава Б-гу.

Half-forgotten, wild life with pomegranate seeds of days and
peels of evenings, illuminated by the tired squares of dawns,
rushing to synagogues and mosques across the different streets
of consciousness along the islands, Forgiven Christian holy places.
Not to notice each other, to live in the world of isolated ideas
and to give them a spiritual strength – not a privilege, but a right,
going by roots beyond the horizon of history, each one with their
own,  with only one "but."
Now you're here, on the Temple Mountain, you are appended,
your Way is outlined by the freedom of choice, which doesn’t exist 
and can’t exist, and thanks God.













Глава 7

Мысли, словно белки, щёлкают орешки ожидания в
предвкушении событий и бьют по загривку расстояния,
потому что мы летим, мы едем, мы идём. На первых
порах ноги вразлёт, спешат, торопятся, бегут в разные
стороны воплощённого разочарования, усталости,
примкнувшей к монотонному подражанию любопытных
глаз, чёрных и серых голубей, живущих на площадях
однообразных будней под фонарями звёзд. Встреча с
белокаменной прозой, с верлибром захваченного
врасплох дыхания, с городом, отрицающем реальность,
посаженную на цепь времени. Кто твой хозяин? Почему
Он не выводит тебя за ограду доступного, в небесные
луга, где пасутся отары пророческих сновидений?
Храм, как Мессия, как остановка в пустыне веры, как
перевоплощение бытия, стоит за кулисами вечности и
ждёт, когда начнётся возрождение духовной жизни.  

Thoughts like squirrels are cracking nuts of expectation in
anticipation of the event and hit a nape of distance because we
are flying, we are going,we are driving. At the beginning legs
are apart, hurrying, rushing, running in different directions of
the incarnated frustration, of tiredness, joined the monotonous
imitation of curious eyes, of black and gray pigeons living in
the squares of monotonous everyday life under the street
lights of stars. Meeting with a white stone prose, with a free
verse of the suddenly captured breathing, with a city denying
the reality enchained to the time. Who is your master? Why
doesn’t he take you out behind the fence of the available things,
into the heavenly fields where flocks of propheticdreams are
grassing? Temple is like the Messiah, like a stop in the desert of
faith, as the reincarnation of being, is standing behind the scenes
of eternity and waiting for the start of spiritual life revival.

27 декабря 2013 – 7 января 2014
27 December 2013 – 7 January 2014

Комментариев нет:

Отправить комментарий